Назад к списку

Ложь во благо? 

Мама семилетнего Миши обратилась ко мне с традиционным запросом: трудностями школьной адаптации. На первой встрече с мамой мы постарались подробно прояснить обстоятельства жизни мальчика, чтобы обнаружить возможные причины его эмоциональных трудностей. Естественно, не обошли стороной и семейную ситуацию, ведь для ребенка семья – это важнейшая часть жизни, и очень часто какие-то проблемы в этой области проявляются самым неожиданным образом, иногда даже напрямую к домашней жизни не относящимся. 


Мама с определенной грустью рассказала о том, что они развелись с отцом Миши почти сразу после родов. Но, по словам мамы, она очень старалась, чтобы отец присутствовал в жизни Миши, чтобы отношения с ним сохранялись. Я очень радуюсь мудрости мамы и начинаю работать с мальчиком. Мы встречаемся, играем, рисуем, лепим, разговариваем … Делаем все, что обычно происходит на встречах детского психолога и его маленького клиента. И все время я не могу отделаться от смутного ощущения, что мой «паззл» в этой истории не складывается. Что для того, чтобы понять, что же происходит с Мишей, мне не хватает какого-то, возможно, и небольшого, но критически важного кусочка. Наконец, на очередной встрече с мамой проясняется совершенно сногсшибательная для меня вещь: тот самый папа, с которым мама развелась семь лет назад, не просто «присутствует» в жизни мальчика - родители в самом прямом смысле этого слова продолжают имитировать брак на глазах у ребенка на протяжении всех этих лет. То есть папа после работы приходит домой к Мише и его маме, проводит с ними некоторое время, а потом, желательно уже после того, как Миша укладывается спать, уходит домой, в свою новую семью. На вопрос о том, почему родители приняли такое, весьма неординарное, на мой взгляд, решение, мама искренне отвечает, что она не хотела «травмировать ребенка информацией о разводе, решила дать ему постепенно к этому привыкнуть». Постепенно… На протяжении семи лет… Честно говоря, я не уверена, что вообще поверила бы, что такое возможно, если бы не слышала эту историю из «первых уст». 

Этот случай, конечно, - проявление крайнее. Но ведь довольно часто родители и менее экзотическими способами стараются «не травмировать» ребенка, «уберечь» его от неприятной информации, откладывая тяжелые известия «на потом». Почему эта стратегия не работает? Безусловно, известие о разводе родителей ребенка не порадует. Вполне возможно, оно даже окажется для него травматичным. Но, парадоксальным образом, процесс эмоционального выздоровления также не сможет начаться до того, как ребенок получит точную информацию о том, что произошло в его жизни. При использовании тактики умолчания ребенок надолго застревает в неком непонятном психологическом пространстве: он прекрасно чувствует, что произошло что-то плохое (даже если ему об этом не говорят), но не может начать двигаться в сторону исцеления, приспособления к изменившимся условиям своей жизни, поскольку взрослые из самых благих побуждений держат его в состоянии неопределенности, которая сама по себе, кстати, обычно довольно травматична. Если честно, мне это немного напоминает известную стратегию отрезания кошке хвоста по кусочкам сугубо из гуманистических соображений… 

Если постараться честно ответить себе на вопрос о том, почему мы прибегаем к таким стратегиям, то может выясниться, что делаем мы это, скорее, заботясь вовсе не о ребенке, а о себе: мы боимся его реакции, не знаем, что будем делать с тяжелыми чувствами, которые ребенок, вполне возможно, начнет выражать в ответ на неприятные известия. Наши опасения понятны и естественны. Но ведь последствия могут оказаться гораздо более тяжелыми. Мне кажется, лучше все-таки собраться с мужеством и просто подготовиться к такому непростому разговору с ребенком: продумать, что и как вы будете ему говорить, и что будете делать в ответ на его реакцию. Иногда на этапе такой подготовки может оказаться полезной и помощь психолога: психолог может помочь, с одной стороны, выстроить более эффективный план беседы, а с другой стороны, разобраться с родительскими чувствами, связанными с этой ситуацией. Ко мне, кстати, тоже можно обращаться с такими вопросами. Взрослых я консультирую и очно, и он-лайн.